Почему сравнение Max и WeChat не работает

В дискуссии о возможных ограничениях Telegram и развитии отечественных альтернатив нередко приводят в пример Китай с его мессенджером WeChat. Однако история его успеха показывает, что речь шла не о назначении «национального сервиса», а о жесткой рыночной конкуренции.


Сравнение российской ситуации с китайским опытом стало популярным аргументом сторонников усиления регулирования цифровых платформ. Логика проста: у Китая есть WeChat — универсальный мессенджер и экосистема, значит и Россия может выстроить собственную модель с опорой на локальный сервис.

Однако хронология развития WeChat выглядит иначе, чем принято считать. В начале 2010‑х годов китайский рынок был конкурентным: на нем работали десятки локальных и международных сервисов, включая WhatsApp и другие зарубежные приложения. WeChat (разработка компании Tencent) стал лидером не через административное решение, а через функциональное преимущество — интеграцию чатов, платежей, мини‑приложений, сервисов повседневной жизни. Пользовательская база росла органически, а уже после доминирования на рынке государственные услуги начали интегрироваться в экосистему.

Похожая картина наблюдалась в Южной Корее и Японии. KakaoTalk и LINE заняли более 90 % национальных рынков, но сделали это в условиях конкуренции, а не через блокировку иностранных альтернатив. Их успех объяснялся удобством, локальной адаптацией и сетевым эффектом, а не нормативным назначением.

На этом фоне попытка директивно сформировать лидерство выглядит иначе. В России обсуждается развитие мессенджера Max как возможной платформы с расширенными государственными сервисами. Пресс‑секретарь президента Дмитрий Песков в интервью ТАСС заявил, что для развития Max необходима конкуренция, а зарубежные компании могут оставаться на рынке при условии соблюдения российского законодательства. По его словам, присутствие иностранных сервисов было бы полезно национальному мессенджеру, если они выполняют требования закона.

Формально это позиция в пользу конкурентной среды. Однако на практике конкуренция существует лишь тогда, когда у пользователей сохраняется реальный выбор и равный доступ к платформам. Если же доступ к части сервисов ограничивается инфраструктурными или нормативными мерами, рынок перестает быть симметричным.

С точки зрения технологической экосистемы мессенджер становится лидером не потому, что его объявили национальным, а потому, что он обеспечивает лучшую комбинацию безопасности, удобства и сервисной интеграции. Конкуренция стимулирует развитие функций, шифрования, устойчивости к нагрузкам и злоупотреблениям. Ее сокращение снижает давление на качество.

Опыт Китая, Кореи и Японии показывает: локальные лидеры возникают как результат рыночной динамики. Государственная интеграция наступает позже — когда платформа уже доказала свою востребованность. Попытка инвертировать этот порядок меняет саму логику цифрового развития.

ИЗНАНКА

Цифровая инфраструктура — это не только про контроль, но и про доверие. Его невозможно назначить указом. Оно появляется там, где пользователи выбирают сервис добровольно, а не потому, что альтернатив стало меньше.

Фото: ИЗНАНКА

Читайте, ставьте лайки, следите за обновлениями в наших социальных сетях и присылайте материалы в редакцию.

ИЗНАНКА — другая сторона событий.