Талибы закрепили детские браки в семейном праве

В Афганистане новый семейный указ талибов снял прежнюю защитную рамку вокруг детских браков. В тексте закреплены нормы о браке несовершеннолетних, молчании девочки как согласии и почти недоступном для женщин разводе.


Афганистан снова оказался в центре международного спора о правах женщин и детей. Новая норма, утверждённая лидером талибов Хайбатуллой Ахундзадой и опубликованная в официальном реестре властей, регулирует расторжение брака, но фактически затрагивает саму возможность детских браков.

Документ состоит из 31 статьи и проходит как указ о судебном разъединении супругов. В этой сухой юридической оболочке спрятаны положения, которые правозащитники и миссия ООН в Афганистане считают особенно опасными. Если девочка была выдана замуж до достижения половой зрелости, она может добиваться расторжения брака уже после её наступления, но только через суд. Само наличие такой процедуры означает, что детский брак признаётся правовой реальностью, а не нарушением, которое должно быть пресечено заранее.

Отдельная часть спора связана с согласием. В указе допускается трактовка молчания «девственной девушки» после достижения половой зрелости как согласия на брак. Для страны, где девочки лишены нормального доступа к школе, публичной защите и самостоятельному обращению в институты власти, такая формула превращает молчание не в выбор, а в юридический заменитель выбора.

До возвращения талибов к власти в Афганистане действовала гражданско-правовая рамка с минимальным возрастом брака для девушек в 16 лет. Она и раньше плохо защищала детей в бедных и сельских районах, где семьи могли отдавать дочерей замуж под давлением долгов, традиций или страха. Теперь прежний возрастной барьер размывается ещё сильнее, потому что новая система опирается не на защиту несовершеннолетней, а на религиозно-судебную процедуру после факта брака.

Талибы настаивают, что принудительные браки запрещены, а нормы соответствуют их трактовке исламского права. Но эта защита выглядит формальной, когда девочка не имеет равного доступа к суду, адвокату, образованию и общественной поддержке. Миссия ООН прямо увязала новый указ с общей линией последних лет: запретом образования для девочек старше шестого класса, ограничением работы женщин, их передвижения и участия в общественной жизни.

Семейное право в такой конструкции становится не отдельной темой, а частью политического устройства. Сначала девочек выводят из школы, затем из публичного пространства, после этого их согласие на брак начинают измерять молчанием. Формально это язык суда. По сути — административная фиксация бесправия.

Самая тяжёлая часть указа касается не только возраста. Женщинам становится труднее выйти из брака даже при насилии. В документе сохраняется широкое право мужчин на развод, но для женщин путь к расторжению брака ограничен узкими основаниями и решением религиозного суда. Домашнее насилие как самостоятельная причина для выхода из брака прописано слабо или вовсе не получает той защиты, которую требуют международные стандарты.

Для внешнего мира это ещё один ответ на вопрос, почему признание власти талибов остаётся политически токсичным. Региональные государства могут вести с Кабулом переговоры о безопасности, торговле и границах, но внутри страны талибы продолжают строить порядок, в котором женское право на собственную жизнь исчезает из юридического языка.

ДРУГАЯ СТОРОНА

Здесь важен не один возраст и не одна фраза о молчании. Власть талибов показывает, как можно переписать судьбу девочки не грубой силой на улице, а строкой в семейном указе. Когда закон начинает считать тишину согласием, государство уже не просто не слышит ребёнка. Оно делает это своим правилом.

Фото: соцсети

ИЗНАНКА — другая сторона событий.