Чума в Иркутске вызвала вопросы у ВОЗ
Москва заявляет, что чумы нет. Но после ответа России ВОЗ запросила дополнительные данные.
Ответ России не поставил точку в истории, которая несколько дней держит Иркутск в напряжении. ВОЗ узнала о подозрении на лёгочную чуму 2 октября из сообщений СМИ и на следующий день запросила сведения у Москвы. 7 октября глава организации Тедрос Адханом Гебрейесус сообщил: Россия ответила, что случаев чумы в области не зарегистрировано, а около 200 контактных находились под наблюдением. Но вместе с этим ВОЗ запросила новые сведения.
Организация хочет увидеть лабораторные результаты погибшей сотрудницы института и контактных, понять, что именно стало основанием для срочных противоэпидемических мер, а также проверить сообщения о втором работнике с пневмонией неустановленной причины. Этот второй случай официально не подтверждён. ВОЗ прямо заявила, что пока не располагает полной картиной и не может завершить полноценную оценку риска.
Российские данные при этом выглядят успокаивающе. По информации Роспотребнадзора на 7 октября, медицинское наблюдение завершено более чем у 90% контактных, а почти пять тысяч лабораторных исследований не выявили опасных патогенных микроорганизмов. Две комиссии, проверявшие Иркутский противочумный институт, не обнаружили аварий или нарушений биологической безопасности.
Главный неотвеченный вопрос другой: от чего умерла 28-летняя сотрудница. Российская сторона говорит о пневмонии неустановленной этиологии и подчёркивает, что микроорганизмы, связанные с её профессиональной деятельностью, не выявлены. Это позволяет говорить, что чума не подтверждена, но не называет причину тяжёлой пневмонии.
Именно поэтому внимание привлекает масштаб первых мер. 2 октября, когда появилась информация о подозрении на особо опасную инфекцию, в Иркутск прибыла глава Роспотребнадзора Анна Попова. Она участвовала во внеочередном заседании санитарно-противоэпидемической комиссии. Контактных изолировали и обследовали, в Шелеховской районной больнице вводили карантинные ограничения.
Такая реакция сама по себе ничего не доказывает: при подозрении на особо опасную инфекцию санитарные службы обязаны действовать с запасом. Но именно сочетание жёстких первоначальных мер и до сих пор не названной причины смерти объясняет, почему ответ Москвы не снял все вопросы у ВОЗ.
Россия настаивает, что выполнила свои обязательства и передала информацию в установленном порядке. С этим ВОЗ не спорит: ответ действительно получен. Спорить сейчас приходится не о самом факте уведомления, а о полноте данных. Поэтому формула «ВОЗ не поверила России» была бы чрезмерной. Точнее сказать иначе: полученной информации оказалось недостаточно, чтобы международная организация закрыла тему.
СОВЕТ ОТ РЕДАКЦИИ
Пока подтверждённых случаев чумы в Иркутске нет, оснований говорить о вспышке тоже нет. Но окончательная ясность появится только тогда, когда будет названа причина смерти сотрудницы и станут понятны результаты исследований, которые запросила ВОЗ.
Фото: редакция ИЗНАНКИ.
