МВД увидело новую проблему в кибермошенничестве

МВД вынесло в публичную повестку новый поворот в истории кибермошенничества. Теперь речь идёт не только о потерянных деньгах, но и о людях, которых социальная инженерия втягивает в чужие преступления.

Заместитель начальника Следственного департамента МВД России Данил Филиппов связал массовое воздействие социальной инженерии с изменением того, как человек воспринимает собственные действия. По его оценке, давление мошеннических сценариев приводит к ситуации, когда люди не осознают общественную опасность того, что делают.

Для полиции это уже не абстрактная формула. В дистанционных схемах жертва всё чаще перестаёт быть только потерпевшим. Человек может передать банковскую карту, открыть доступ к счёту, оформить перевод, принять деньги на свои реквизиты или выполнить просьбу «сотрудника банка», «следователя», «начальника» или родственника, не понимая, что стал частью цепочки.

МВД и раньше описывало эту проблему через дропперство, самопереводы и веру «голосам в телефоне». Теперь акцент смещается глубже: мошенники не просто выманивают деньги, а создают для человека искусственную реальность, где преступное действие выглядит как помощь, обязанность, спасение близкого или исполнение законного требования.

Отдельным риском Филиппов называл дипфейки. Если злоумышленник может подделать голос, лицо и привычную манеру общения, обычная проверка «я узнаю человека» перестаёт работать. Такой сценарий особенно опасен в звонках от имени ребёнка, родителя, руководителя или представителя ведомства.

Юридически это сложная зона. Закон смотрит на действие, умысел, последствия и роль человека в схеме. Но массовая социальная инженерия размывает привычную границу между обманутым потерпевшим и участником преступного механизма. Именно поэтому профилактика уже выглядит не как совет «не говорите код из СМС», а как попытка вернуть человеку способность остановиться до действия.

ИТОГ

Новая фаза мошенничества опасна тем, что преступник больше не всегда стоит перед жертвой как чужой голос. Он может собрать вокруг неё целую сцену — знакомое лицо, срочность, страх, чувство долга и видимость закона. После этого человек нажимает кнопку сам, но вопрос о его вине становится намного сложнее.

Фото: редакция ИЗНАНКИ.