Верховный суд подтвердил долг Google на 91,5 квинтиллиона

Верховный суд России поддержал решения нижестоящих инстанций по делу о взыскании с Google неустойки в пользу российских телеканалов — сумма, зафиксированная на дату банкротства ООО «Гугл», составляет 91,5 квинтиллиона рублей.


История «квинтиллионного» долга тянется из спора вокруг блокировки YouTube‑каналов российских СМИ. Ранее московский арбитраж обязал структуру Google восстановить доступ к аккаунтам ряда телеканалов, а за неисполнение суд назначил астрент — нарастающую штрафную неустойку, которая увеличивалась по прогрессии.

Ключевая деталь в том, что этот штраф не рос бесконечно. Суды привязали расчёт к моменту, когда российская «дочка» — ООО «Гугл» — была признана банкротом. По данным РБК, на дату банкротства начисленный астрент достиг 91,5 квинтиллиона рублей и подлежит взысканию, поскольку у компании, по оценке суда, была возможность исполнить решение и остановить рост неустойки.

Свежая новость — именно про процессуальную точку: Верховный суд подтвердил законность подхода нижестоящих судов. В результате цифра 91,5 квинтиллиона закрепляется как объём требований в рамках российских судебных актов по этому спору.

С технической стороны громкое число играет роль не «экономического расчёта», а юридического рычага. Астрент задуман как механизм принуждения к исполнению — когда суд считает, что действие можно выполнить, но ответчик тянет время. Отсюда и эффект «неподъёмной суммы»: штраф устроен так, чтобы оставаться болезненным даже для крупных компаний.

Проблема в том, что в цифровых конфликтах граница между «можно разблокировать» и «невозможно из‑за внешних ограничений» часто размыта. Платформы опираются на собственные правила и санкционные режимы, а национальные суды — на идею юрисдикции и обязательности решений на своей территории. Именно на этом стыке и возникает юридический парадокс: решение формально исполнимо, но практически может упираться в инфраструктуру и корпоративную архитектуру, которая находится за пределами страны.

Для рынка это ещё один сигнал: споры вокруг платформ всё чаще переходят в плоскость «инженерной юриспруденции», где суды оценивают не только право, но и управляемость систем — кто на самом деле может нажать нужную кнопку и где эта кнопка находится.

ИЗНАНКА

Квинтиллионы в заголовках выглядят как мем, но смысл истории не в цифре. Он в том, что цифровые сервисы перестали быть просто бизнесом: они стали инфраструктурой, и за доступ к ней судятся так, будто речь о мостах и электросетях — с тем же уровнем давления и теми же тупиками.

Фото: соцсети.

Читайте, ставьте лайки, следите за обновлениями в наших социальных сетях и присылайте материалы в редакцию.

ИЗНАНКА — другая сторона событий.