Антипригарная посуда и PFAS что показало исследование

История про «сковороду, которая убивает печень», звучит громче, чем реальность. Исследование действительно нашло связь между повышенными уровнями некоторых PFAS в крови подростков и большей вероятностью жировой болезни печени (MASLD). Но это не доказательство того, что источник один и он обязательно на кухне. Важно понять детали и выбрать разумные меры без паники.


PFAS (per- and polyfluoroalkyl substances) — большая группа синтетических соединений. Их ценят за устойчивость к воде, жиру и загрязнениям, поэтому десятилетиями использовали в разных отраслях и товарах. Из-за химической стойкости PFAS плохо разрушаются и могут долго сохраняться в окружающей среде и организме — отсюда выражение «вечные химикаты».

6 января 2026 года UH News (University of Hawaiʻi) рассказали о результатах исследования, которое также комментировали в Keck Medicine of USC. Учёные сравнивали уровни PFAS в крови и признаки метаболически ассоциированной жировой болезни печени (MASLD) у подростков. В фокусе оказались два вещества: PFOA (перфтороктановая кислота) и PFHpA (перфторгептановая кислота). Жир в печени оценивали по данным МРТ, а концентрации PFAS — по анализу крови.

Ключевой вывод звучит так: каждое удвоение уровня PFOA в крови ассоциировалось примерно с 2,7-кратным ростом вероятности MASLD у подростков. Риск был выше у носителей варианта гена PNPLA3 (в публикациях часто упоминают вариант GG), который связан со склонностью к накоплению жира в печени. В группе молодых взрослых общая связь выглядела слабее, но у курящих часть показателей усиливалась — то есть образ жизни может менять степень уязвимости.

Почему это важно, даже если «ничего не болит». MASLD часто идёт тихо: на ранних этапах человек может не ощущать симптомов, а печень продолжает работать, пока в её клетках накапливается жир и усиливается воспаление. Со временем это может приводить к фиброзу (рубцеванию ткани), а в тяжёлых случаях — к циррозу и росту рисков осложнений. У подростков и детей тема особенно чувствительная: метаболические нарушения всё чаще начинаются рано, а времени на накопление последствий у организма больше.

Самое принципиальное — понимать слово «ассоциация». Исследование показывает статистическую связь между уровнем PFAS и вероятностью MASLD, но не доказывает, что PFAS пришли в организм из одного конкретного источника. PFAS встречаются не только в контексте антипригарных покрытий. Возможные источники включают питьевую воду в отдельных регионах, пищевые упаковки и жиростойкие покрытия, бытовую пыль, особенности окружающей среды рядом с промышленными зонами и другие контакты, накопленные годами.

Тогда при чём здесь антипригарная посуда. PFAS как класс веществ действительно связан с «антипригарной» историей: отдельные PFAS использовали при производстве некоторых покрытий и материалов. Но важно различать «PFAS в технологической цепочке» и «PFAS, которые реально переходят в еду». FDA в своих разъяснениях отмечает, что покрытия для посуды делают из полимеризованных молекул: они связаны в крупные полимеры и закреплены на поверхности через технологический процесс. По оценке FDA, такие покрытия содержат пренебрежимо малые количества PFAS, способные мигрировать в пищу при нормальном использовании.

Это не означает, что тему можно забыть. Бытовая осторожность всё равно уместна — прежде всего из-за перегрева и износа. Повреждённое покрытие (царапины, сколы, отслаивание) и привычка перегревать пустую сковороду до дыма — плохая комбинация. Здесь риск чаще связан не с «PFAS в тарелке», а с продуктами разрушения покрытия и микрочастицами, которые в пищу попадать не должны. Поэтому базовый принцип простой: целая посуда плюс мягкий режим нагрева — одно, старая и поцарапанная — другое.

Если дома есть дети, логика становится ещё практичнее: снижать суммарную нагрузку там, где это легко и недорого по усилиям. Обычно достаточно распределить готовку по материалам. Для тушения и супов подойдут стекло, эмаль, нержавеющая сталь. Для запекания — формы без повреждённых покрытий. Антипригарную посуду можно оставить для задач, где она действительно удобна, но следить за состоянием и температурой.

Отдельный слой — метаболические факторы. Даже если PFAS добавляют вклад в риск MASLD, он почти всегда складывается с другими причинами: избыток сахара и ультрапереработанных продуктов, малоподвижность, лишний вес, недосып, гормональные и обменные особенности, генетика. Поэтому «бережность к печени» начинается не только с выбора сковороды, но и с того, что на ней готовят и как часто это происходит.

Что можно сделать без драматизма:
— заменить поцарапанную антипригарную посуду, если покрытие уже повреждено;
— не разогревать пустую сковороду и не готовить на экстремально высоком огне;
— использовать силиконовые или деревянные лопатки вместо металлических;
— чаще проветривать кухню при готовке;
— часть готовки перевести на чугун, нержавейку, стекло или эмаль;
— пересмотреть детское меню: меньше сладких напитков и перекусов, больше простой еды и движения.

Главный смысл исследования не в том, чтобы объявить кухню врагом. Оно напоминает: химическая нагрузка может быть одним из факторов, влияющих на здоровье печени у подростков, особенно при генетической предрасположенности и неблагоприятных привычках. Разумный ответ — спокойная профилактика и внимание к суммарным источникам воздействия.

СОВЕТ ОТ СВЕТЛАНЫ

Есть забота, которая не требует резких жестов. Посмотрите на посуду так же, как вы смотрите на продукты: что целое, что уже устало, что пора заменить. А дальше — обычная, человеческая бережность: умеренный огонь, простая еда, движение и сон. Печень любит не драму, а регулярность.

Фото: ИЗНАНКА.

Читайте, ставьте лайки, следите за обновлениями в наших социальных сетях и присылайте материалы в редакцию.

ИЗНАНКА — другая сторона событий.