Брат Дианы вынудил дворец нарушить молчание
Новая книга Чарльза Спенсера возвращает к браку Дианы, её отчаянию и дням, когда дворец решал, как её хоронить.
До выхода Swan Song: Diana, My Sister остаётся несколько дней, но книга уже живёт собственной жизнью. Daily Mail получила право на публикацию выдержек, и почти каждый новый фрагмент возвращает британскую монархию туда, куда она десятилетиями старалась не возвращаться: в брак Чарльза и Дианы, а затем в ту страшную неделю после её гибели.
Спенсер начинает задолго до 1997 года. По его словам, примерно за месяц до свадьбы Диана после особенно тяжёлого вечера пришла к отцу и сказала, что не может выйти за человека, который её не любит. Джон Спенсер, как пишет сын, был потрясён самой мыслью о разрыве уже объявленной помолвки и ответил, что остановить такую машину теперь невозможно.
Эта сцена звучит почти как готовый эпизод из драмы, но именно здесь важна дистанция. Перед нами воспоминание Чарльза Спенсера о семейной истории. Ещё осторожнее приходится обращаться с другой фразой: он пишет, что лишь много позже узнал от близкой подруги Дианы, будто накануне свадьбы тогдашний принц Чарльз сказал невесте, что рад жениться, но не влюблён в неё. То есть сегодняшнему читателю этот разговор известен через несколько пересказов.
С другими эпизодами всё жёстче, потому что Спенсер ставит себя внутрь сцены. После гибели Дианы 31 августа 1997 года Чарльз позвонил ему. Брат принцессы вспоминает, что голос тогдашнего мужа его сестры показался ему странно оживлённым — «как у выигравшего в лотерею». Через несколько дней они снова спорили, уже о похоронах. Спенсер был против того, чтобы Уильям и Гарри шли за гробом матери. Именно в этом разговоре, утверждает он, Чарльз сказал, что Диану «достаточно скоро забудут».
Вот на эту фразу дворец ответил — и это, пожалуй, одна из самых показательных деталей всей истории. Букингемский дворец обычно не разбирает по пунктам книги о королевской семье. На этот раз официальный представитель заявил, что боль брата способна затуманивать рассудок, влиять на суждение и окрашивать память даже спустя много лет. Формально это не стенограмма альтернативной версии разговора, а удар по достоверности самого воспоминания.
Спенсер в ответ не отступил. 18 сентября он повторил BBC, что помнит разговор именно так и что говорил об этой фразе другим людям ещё в 1997 году. Уверенность свидетеля здесь имеет значение, но не превращает частный телефонный разговор в проверяемый документ. Поэтому корректная формула одна: это серьёзное обвинение, которое автор книги отстаивает, а дворец оспаривает.
Самая тяжёлая часть новых выдержек касается уже не Карла III, а Дианы. Спенсер пишет, что в последние годы она не раз приезжала к утёсам Бичи-Хед и думала о самоубийстве, но останавливалась из-за сыновей. Независимого подтверждения именно этим поездкам пока нет. При этом эмоциональный кризис Дианы не является полностью неизвестной страницей: в 1995 году она сама публично рассказывала о булимии и самоповреждении. Новая книга добавляет к известному контексту конкретный эпизод — но пока только со слов её брата.
Наверное, поэтому нынешний конфликт так плохо помещается в привычную схему «новая королевская сенсация». Swan Song написана не независимым биографом. Её автор — младший брат Дианы, человек, который почти тридцать лет живёт рядом с собственной памятью о ней и теперь решил сделать её публичной. Это одновременно делает книгу сильнее и уязвимее.
Дворец защищает репутацию действующего короля. Спенсер — свою сестру и собственную версию того, что происходило. Между ними нет камеры, записи телефонного разговора или протокола семейной ссоры. Есть память, архив уже известных фактов и слова людей, которые по-прежнему спорят о том, что именно случилось внутри одного из самых известных браков XX века.
Диану давно превратили в символ, а символы удобны тем, что за них можно говорить. Новая книга Спенсера возвращает в эту историю живую, неудобную неопределённость: брат уверен в своей памяти, дворец сомневается в ней, а сама Диана уже не может поправить ни одну из версий. Именно поэтому спор не закрывается — и вряд ли закроется одной книгой.
Фото: редакция ИЗНАНКИ.
