Почему мать Ким Чен Ына остаётся самой неудобной фигурой династии Кимов

Северная Корея десятилетиями строит государственную идеологию вокруг семьи Кимов. В официальной версии истории каждое поколение династии связано с легендарной «кровной линией Пэкту», которая считается источником политической легитимности режима. Однако в этой тщательно выстроенной конструкции есть фигура, о которой в Пхеньяне предпочитают говорить как можно меньше. Речь идёт о Ко Ён Хи — матери Ким Чен Ына.


Семейная история северокорейских лидеров давно стала частью государственной идеологии. Биографии Ким Ир Сена и Ким Чен Ира подробно изучаются в школах, их жизнь окружена памятниками, музеями и многочисленными официальными публикациями. На этом фоне почти полное отсутствие рассказов о матери нынешнего руководителя страны выглядит необычно.

Ко Ён Хи родилась в японской Осаке в 1952 году. Её семья принадлежала к числу так называемых зайничи-корейцев — этнических корейцев, проживавших в Японии. После войны многие представители этой общины переселялись в КНДР, рассчитывая построить новую жизнь на исторической родине.

Однако отношение северокорейской системы к выходцам из Японии всегда оставалось сложным. Несмотря на официальные заявления о единстве нации, происхождение играло заметную роль в распределении возможностей внутри государства. Исследователи северокорейского общества указывают, что происхождение семьи могло влиять на карьеру, образование и доступ к различным государственным должностям.

Будущая мать северокорейского лидера оказалась в окружении власти благодаря сценической карьере. В молодости она выступала в танцевальном коллективе и именно тогда познакомилась с Ким Чен Иром. Их отношения продолжались много лет.

При этом официальный статус Ко Ён Хи долгое время оставался неопределённым. Она никогда не занимала такого места в государственной символике, какое занимали женщины в других политических династиях мира. Даже после рождения детей её имя редко появлялось в официальных сообщениях.

В начале 1990-х годов внутри северокорейской элиты постепенно начался поиск будущего преемника Ким Чен Ира. Именно в этот период, по оценкам ряда исследователей, Ко Ён Хи стала играть более заметную роль в окружении руководителя страны. Считается, что она поддерживала продвижение своего сына Ким Чен Ына в качестве будущего наследника власти.

Однако даже после того, как её сын возглавил государство, масштабного государственного культа вокруг её личности не возникло. Для страны, где культ семьи правителей является частью официальной идеологии, это выглядит исключением.

Эксперты называют несколько возможных причин такой осторожности. Первая связана с её рождением в Японии. Вторая — с тем, что отношения Ко Ён Хи и Ким Чен Ира развивались вне рамок традиционной официальной семейной истории, которую Пхеньян предпочитает демонстрировать населению. Третья касается самого механизма передачи власти: чем меньше вопросов возникает к происхождению наследника, тем устойчивее выглядит политический миф, на котором строится система.

Показательно, что северокорейская пропаганда всё же предпринимала попытки осторожно увековечить память Ко Ён Хи. В разные годы её называли «Уважаемой матерью» и «Матерью великой Сонгун-Кореи», однако эти обращения не сопровождались полноценным раскрытием биографии. В результате миллионы жителей страны знают о ней значительно меньше, чем о других представителях семьи Кимов.

После смерти Ко Ён Хи во Франции в 2004 году интерес к её личности только усилился. Для исследователей Северной Кореи она остаётся одной из ключевых фигур в истории передачи власти от Ким Чен Ира к Ким Чен Ыну. Но для официального Пхеньяна эта тема по-прежнему остаётся чувствительной.

ДРУГАЯ СТОРОНА

Политические династии существуют не только благодаря институтам власти, но и благодаря историям, которые они рассказывают о самих себе. Северокорейская система десятилетиями создаёт образ непрерывной и безупречной линии преемственности. Именно поэтому фигура Ко Ён Хи остаётся важной не из-за личной биографии, а потому, что её судьба показывает границы официального мифа, на котором построена власть в КНДР.

Фото: соцсети/ИЗНАНКА

ИЗНАНКА — другая сторона событий.