Шимпанзе в Уганде раскололись на два лагеря и начали войну

В Уганде исследователи описали редкий и тревожный случай: крупная община шимпанзе распалась на две устойчивые группы, после чего между ними начались смертоносные нападения. Учёные осторожно сравнивают это с «гражданской войной», но подчёркивают: перед нами не метафора ради громкого эффекта, а необычный для приматов внутренний раскол, который перерос в длительное насилие.


Эта история развернулась в национальном парке Кибале, где много лет наблюдают за общиной Нгого — одной из крупнейших известных групп диких шимпанзе. Долгое время она считалась устойчивой: внутри были мужские коалиции, совместные перемещения, привычные для таких животных формы соперничества, но без окончательного разлома. Именно поэтому то, что произошло потом, так сильно заинтересовало приматологов.

По данным исследования, между концом 1990-х и серединой 2010-х внутри общины постепенно нарастало разделение. К 2015 году раскол стал фактом: вместо одной группы появились две — западная и центральная. Это уже было необычно само по себе. Но дальше конфликт перешёл в ту стадию, из-за которой о нём заговорили далеко за пределами приматологии: начались организованные нападения с летальным исходом.

Авторы описывают 24 тяжёлых эпизода коалиционного насилия за несколько лет наблюдений. Жертвами становились взрослые самцы и детёныши. По подтверждённым данным, западная группа последовательно теснила центральную, а численное преимущество не всегда было на стороне нападавших. То есть дело было не просто в «кто больше», а в более сложной внутренней перестройке социальных связей и коалиций.

Почему это случилось, учёные честно не знают до конца. В работе обсуждаются несколько факторов. Один из них — смерть или исчезновение старших самцов, которые раньше удерживали связи между разными частями большой общины. Другой — сама необычно большая численность группы Нгого: чем больше взрослых самцов и чем плотнее конкуренция, тем выше риск, что старые механизмы баланса перестанут работать. Отдельно исследователи упоминают и внешнее давление на среду, включая болезни и изменения условий жизни.

Здесь важно не упрощать. Шимпанзе и раньше были известны межгрупповой агрессией — ещё со времён Джейн Гудолл стало ясно, что они способны на жестокие территориальные конфликты. Но нынешний случай отличается тем, что речь идёт не о столкновении двух давно отдельных сообществ, а о внутреннем распаде одной большой группы, члены которой раньше хорошо знали друг друга. Именно в этом и заключается научная новизна.

Поэтому выражение «гражданская война» здесь работает скорее как попытка объяснить читателю масштаб внутреннего раскола, а не как строгий биологический термин. Сами исследователи осторожнее: они говорят о летальном конфликте после расщепления группы. Но смысл от этого не меняется. Учёные впервые так подробно зафиксировали, как социальное единство у шимпанзе может не просто ослабнуть, а разрушиться до уровня долгой и смертоносной вражды.

Для науки это важно ещё и потому, что шимпанзе остаются нашими ближайшими родственниками среди животных. Их конфликты не объясняют человека напрямую, но помогают понять, насколько глубоко в эволюции укоренены коалиции, борьба за статус, территорию и цена распада больших сообществ. И в этом смысле история из Уганды выглядит не как экзотика из джунглей, а как мрачное напоминание: социальный мир держится на связях дольше, чем кажется, и рвётся быстрее, чем хочется верить.

СОВЕТ ОТ СВЕТЛАНЫ

Иногда самые тревожные открытия в природе нужны не для страха, а для трезвости. Они напоминают, что даже устойчивое сообщество может держаться на хрупком равновесии, которое снаружи почти не видно.

Фото: соцсети.

ИЗНАНКА — другая сторона событий.