Оператор телесуфлера Трампа заплатит $172 тысячи

Бывший оператор телесуфлера Белого дома Габриэль Перес должен вернуть $107 539 прибыли и выплатить ещё $65 тыс. штрафа. CFTC установила, что он торговал на Kalshi, заранее зная содержание президентских речей.

Комиссия по торговле товарными фьючерсами США 28 августа завершила дело против Габриэля Переса — федерального сотрудника и технического советника президента, который управлял телесуфлером на публичных выступлениях Дональда Трампа.

Доступ к текстам речей был частью его работы. Обычно Перес видел подготовленные выступления примерно за час до выхода президента к публике. На Kalshi в это время торговались контракты, завязанные на то, произнесёт ли Трамп определённое слово или фразу.

По материалам CFTC, Перес использовал эту разницу во времени напрямую. Увидев нужное слово в тексте, он покупал контракт «да»; если слова не было — ставил на «нет». Однажды он изменил позицию уже во время выступления, когда Трамп отклонился от подготовленного текста и пропустил фрагмент, на который была сделана ставка.

С декабря 2025-го по февраль 2026 года Перес торговал на 14 таких рынках. Прибыльными оказались 39 из 43 контрактов, общий доход составил $107 539,02. CFTC сочла это использованием существенной непубличной государственной информации в личных финансовых интересах.

Федеральные нормы этики прямо запрещают служащим совершать финансовые операции с использованием непубличной правительственной информации. В приказе CFTC этот запрет указан отдельно.

По соглашению с регулятором Перес возвращает всю прибыль и отдельно платит $65 тыс. гражданского штрафа. Ему также запрещено торговать на регулируемых площадках в течение трёх лет. Штраф снизили примерно на 40% из-за его сотрудничества со следствием: Перес быстро дал интервью, передал документы и признал, что принимал торговые решения после чтения закрытых текстов речей.

В самом соглашении при этом указано, что Перес согласился на приказ без формального признания выводов и заключений CFTC.


Близость к президенту дала Пересу преимущество, которого не было у остальных участников рынка. Именно использование этого служебного преимущества и стало предметом дела: должность у Белого дома не превратила закрытую информацию в личный актив.

Фото: редакция ИЗНАНКИ.