Что слышит мозг под наркозом, когда человек без сознания
Исследование 2026 года показало обработку речи во время операции. Это не означает, что пациент всё слышит и помнит.
После операции человек часто не может вспомнить ничего между маской анестезиолога и пробуждением. Это привычное ощущение породило представление, будто на время наркоза мозг просто выключается. Но в мае 2026 года в журнале Nature вышла работа, которая делает эту картину сложнее: даже под действием пропофола нейроны продолжали различать звуки и обрабатывать человеческую речь. Пациенты при этом не сообщили о воспоминаниях о происходившем.
Исследователи изучали активность гиппокампа — области мозга, связанной с памятью, — у семи человек, которым проводили операцию по поводу тяжёлой эпилепсии. Поскольку хирурги уже получали доступ к нужной области, учёные могли регистрировать сигналы отдельных нервных клеток с помощью тонких электродов. Пациентам воспроизводили серии звуков; мозг отличал редкий сигнал от часто повторявшихся, а характер ответа менялся в течение примерно десяти минут. Четырём участникам включали записи речи. Активность нейронов отражала смысловые категории и грамматические особенности слов, а по сигналам можно было предсказывать информацию о следующих словах.
Это не свидетельство того, что лежащий на операционном столе человек понимал разговоры врачей так же, как в обычном состоянии. В эксперименте измеряли нейронную обработку звуков, а не субъективные переживания. Никто из семи участников позже не сообщил явных воспоминаний о ходе операции. И сама выборка невелика: все участники проходили нейрохирургическое вмешательство по конкретному заболеванию. Тем не менее работа показывает, что утрата сознания не стирает всю способность мозга работать с внешними сигналами.
Как препараты приводят к потере сознания, медицина знает не с нуля. Пропофол усиливает действие тормозных ГАМК-рецепторов; кетамин и некоторые газы действуют иначе, в том числе через NMDA-рецепторы. Врач подбирает препараты так, чтобы обеспечить необходимые составляющие анестезии: утрату сознания, обезболивание и, когда требуется, расслабление мышц. Загадка глубже: как изменения в отдельных нервных клетках превращаются в потерю субъективного ощущения себя и окружающего мира.
Важна не одна «кнопка сна», а связь между областями мозга. В исследовании Nature Communications 2024 года показано, что пропофол меняет функциональную организацию соединений таламуса с корой. Таламус участвует в передаче и координации сигналов, а кора — в сложной обработке информации. В опытах на макаках стимуляция отдельных участков таламуса позволяла вернуть поведение и мозговую активность, похожие на бодрствование, несмотря на продолжающееся действие препарата. Однако это не превращает таламус в единственный выключатель сознания: работа коры и других сетей тоже важна, а данные экспериментов на животных нельзя безоговорочно переносить на людей.
Есть и вопрос, который трудно проверить обычным рассказом пациента после операции: означает ли отсутствие воспоминаний, что человек ни на мгновение ничего не осознавал? Анестезиолог Оксфордского университета Джайдип Пандит исследовал промежуточные состояния, при которых человек может реагировать на команду, но позднее не помнить происходившего. В так называемой методике изолированного предплечья руку защищают манжетой от действия препарата, расслабляющего мышцы, и просят пациента сжать кисть. В международном исследовании после интубации на команду отреагировали 12 из 260 участников; после операции никто из опрошенных не помнил эпизода. Это не означает, что каждый ответ сопровождался болью или полноценным бодрствованием.
Пандит предложил термин «дизанестезия» для необычного состояния между привычными категориями сознания и бессознательности. Его трактовка остаётся предметом научного спора. Нельзя также смешивать такую реакцию с редкими случаями случайного осознания во время операции, когда воспоминания действительно сохраняются. По британскому аудиту NAP5, основанному на сообщениях пациентов, частота подобных эпизодов составляла примерно один на 19 тысяч общих анестезий; показатель относится к изученным условиям Великобритании и Ирландии, а не ко всем операциям в мире.
Наркоз не является обычным сном, а неподвижность не всегда позволяет судить о сознании: препараты для расслабления мышц способны скрыть двигательный ответ. Поэтому врачи следят не только за поведением пациента, но и за подачей лекарств, дыханием, кровообращением и другими показателями. Исследование того, какие сигналы мозга соответствуют утрате сознания, может помочь улучшить контроль глубины анестезии. Вопрос о том, как из нейронной активности возникает субъективное переживание, пока остаётся открытым.
СОВЕТ ОТ РЕДАКЦИИ
Если прежде во время операции вы что-то слышали, чувствовали или запомнили, расскажите об этом анестезиологу перед следующим вмешательством. Такие сведения нужны врачу при планировании анестезии. А если воспоминания появились после операции, сообщите медицинской команде, не пытаясь самостоятельно определить, что именно произошло.
Фото: редакция ИЗНАНКИ.
